МалоРоссия

Прежде всего, я полностью согласен с Захарченко в том, что название «Украина» дискредитировано. Причём дискредитировано в момент своего появления, ибо не может же серьёзное государство называться «окраиной» — ещё бы обочиной назвали! Собственно, термин «окраина» в русской истории применялся неоднократно и всегда именно к различным периферийным землям. Напомню, что Москва долгое время входила во Владимирскую окраину Руси. В средневековых источниках её ещё называли залесской украиной, есть упоминания о заокской, псковской, казанской, северской, сибирской украинах.

Кроме того, также несомненно дискредитирована сама концепция «Украина — не Россия». Мало того, что это тезис неверен в чисто культурном отношении, он ещё доказал свою преступную сущность. Ибо под лозунгом «Украина — не Россия» совершенно неимоверное множество преступлений против русского большинства жителей Украины. Причём преступления эти совершались в разные исторические эпохи, то есть невозможно их списывать на какие-то текущие обстоятельства. Понятно, что в данном случае сама идея очевидным образом преступна.

Что касается предложения, озвученного 18 июля в Донецке, то я бы пошёл дальше. А именно — если уж мы признаём преступной саму идею отдельности Украины и признаём неприемлемым название Украина, то, очевидно, нам есть смысл признать, что Малая Русь — это неотъемлемая часть Всея Руси, так же, как и Русь Великая и Белая. И говорить не об отдельном государстве Малая Русь, а об одной из частей Руси, и ставить сразу же, буквально после учреждения этого государства вопрос о русском государственном единстве как таковом.

Да, я понимаю, что в нынешних обстоятельствах заявление о предстоящем воссоединении Всея Руси нашими политическими конкурентами будет объявлено очередной имперской амбицией Москвы. Но, в конце концов, до каких пор, планируя собственные действия, мы будем оглядываться на то, что о нас говорят наши противники? Они от того, что мы на них оглядываемся, добрее к нам не становятся. Вспомним хотя бы нынешнюю «опупею» с санкциями против России. Каждый раз, когда мы выполняем какое-нибудь из требований наших конкурентов, они немедленно придумывают новые, чтобы оставить санкции неизменными. Поэтому мне кажется, что давным-давно пора нам делать то, что мы сами считаем нужным, а не то, что может произвести благоприятное впечатление на наших врагов. Как известно, самое благоприятное впечатление на врага производят наши трупы. Я надеюсь, что мы всё-таки ещё не дошли до того, чтобы радовать врагов таким зрелищем.

Что касается нового государства Малая Русь. Я, естественно, приветствую эту новую, более тесную форму интеграции Юго-Запада Руси. Очень рад, что в объявлении этой интеграции сейчас участвовали представители практически всех регионов моей малой родины. Но я полагаю, что это лишь первый шаг по пути реинтеграции. За ним должны последовать ещё многие шаги. И главное — цель воссоединения Всея Руси должна быть заявлена, как конечная и стратегическая.

Малороссия (предвосхищаю нападки украинофильствующих критиков) — это не оскорбление. Сейчас будут говорить, что Захарченко оскорбляет могучую Украину, заменяя её название на Малороссию. Нет, в славянском языке в применении к названию страны это, наоборот, большой комплимент. Это значит корневая Россия, изначальная Россия, так же как Малая Польша в отличие от других польских провинций является первичной. Термины Малая Русь, Малая Польша и так далее — это, строго говоря, ещё греческая традиция именования. Именно греки ввели в употребление слово «малая» как указание на изначальную территорию. Так что тут традиция в высшей степени давняя и почтенная.

Надеюсь, что Малороссия — это открытый проект. То есть и Слобожанщина, и Одесса с Николаевым и Херсоном, и собственно историческая Малороссия с Полтавой, Киевом и Винницей — всё открыто для приёма в эту Малороссию. Думаю, такие мысли у Захарченко есть. Уже сам факт присутствия на конференции представителей множества регионов вполне однозначно указывает на то, что речь идёт о грядущем воссоединении всех исторических земель Юго-Запада Руси. А то, что об этом пока не сказано — будем ждать следующих новостей.

Что касается государственности со столицей в Киеве, то это государство кончилось 22 февраля 2014 года. Ни одно из решений, принятых в Киеве начиная с 22 февраля 2014 года, не имеет никакой юридической силы и в принципе не может её иметь. Это связано даже не с самим фактом переворота, хотя и его было бы достаточно. Это связано с последующими действиями киевских террористов. Они очень тщательно и многократно делали то, что необходимо для того, чтобы сделать всю их деятельность абсолютно юридически ничтожной. Учреждение сперва Донецкой и Луганской республик, а сейчас государства Малороссия имеют абсолютно законную силу — хотя бы потому, что нет юридического субъекта, чтобы оспорить эти факты. Даже больше. Раз Донецкая и Луганская области законными парламентами, избранными по абсолютно законным основаниям законного государства, не признали государственный переворот — получается, что они значительно более законны, чем киевская власть, пришедшая в результате переворота.

Вообще надо сказать, что всё происходящее последние годы в мире выглядит с точки зрения международного права, мягко говоря, странно. А именно: регулярно по всему свету объявляются законными деяния очевидным образом противоречащие международному праву. И также регулярно объявляются незаконными действия, строго соответствующие этому праву. Поскольку во главе этого извращения законности стоят Соединённые государства Америки, то полагаю, что они довольно скоро (по крайней мере, скоро по историческим меркам) добьются признания самих Соединённых государств преступной группировкой террористической направленности. Я всё-таки надеюсь, что там ещё остались здравомыслящие деятели, готовые спохватиться до того, как страна дойдёт до такого состояния. Может быть, мы ещё увидим восстановление законности на американской территории…

Ещё ложка масла в нашу кашу. Государственными языками Малороссии названы русский и малороссийский. Это знаково и важно. До того мы должны были делать вид, что существует отдельный «украинский» язык. В лингвистике нет единого формального мнения о том, как отличить — разные перед нами языки или диалекты одного языка. Но на неформальном уровне самый надёжный критерий — это синтаксис, то есть правило построения фраз из слов, слов из компонентов и так далее. Если синтаксис один и тот же, то это один язык, независимо от того, насколько различается словарь. Например, словарь блатной фени, естественно, очень не похож на общерусский. Но это же не основание считать блатную феню отдельным языком. Все понимают: её для того и сочиняли, чтобы человеку со стороны она была непонятна, но, тем не менее, синтаксис там обычный русский — значит, это один из диалектов русского языка. Так вот, по синтаксису украинский язык — это один из деревенских диалектов русского языка. Говорю «деревенский», поскольку во всех языках мира существуют довольно ощутимые различия между говорами города и села. Не буду вдаваться в подробности, почему это так, но сам факт известен с незапамятных времён. Соответственно, «украинский» — это именно диалект. Но важно ещё и то, что этот диалект построен на основе множества реально бытующих южнорусских говоров. Именно эти реальные говоры объявили суржиком (дословно — смесь пшеницы с рожью) как раз для того, чтобы замаскировать тот факт, что именно это и есть реально бытующие говоры. А то, что нынче велено называть украинским языком — это искусственная разработка на базе естественных говоров.

Процесс порождения новых корней по принципу «лишь бы не как у остальных русских» продолжается по сей день. Недавно случился очень колоритный пример. Решили, что негоже называть музыкальные коллективы словом «группа», потому что так их называют «клятые москали». Но беда в том, что слово «группа» общеевропейское, смешанного германо-романского происхождения, оно употребляется по всей Европе. И не удалось подобрать в каких-нибудь европейских языках другое слово с тем же значением. Но нашли потрясающий выход из положения. Начиная со времён президента Ющенко, велено называть музыкальные коллективы словом «гурт» — то есть стадо. Самих музыкантов, естественно, никто спрашивать не стал — хотят ли они из людей превратиться в баранов или волов.

Последний вопрос, важный именно для текущей, а не глубоко исторической или футурологической перспективы. Захарченко — управляемый персонаж новой истории? Была ли его акция хоть в какой-то степени согласована с властью России? В конце концов, каждый из нас в той или иной мере управляемый. Хотя бы в том смысле, что должен оглядываться на текущие обстоятельства, чтобы его действия не оказались сорваны сразу же. Но мне кажется, что в данном случае Захарченко действует, опираясь не столько на какие-то согласования с Москвой, сколько на собственное понимание текущих обстоятельств. Даже если действительно это решение согласовано, то продиктовано оно уж точно не со Старой площади, из Администрации Президента, а продиктовано текущими обстоятельствами, которые видны именно на месте, а не где-нибудь за рубежом — пусть и таким условным рубежом

Print Friendly, PDF & Email

Рекомендуем: