Репортер телеканала «Россия-1», находящийся в Донецке, рассказал о том, как обострилась ситуация в ЛДНР в связи с начавшимися событиями в столице Украины.

—В украинской прессе пишут, что в Донбассе в последнее время снова начались серьезные перестрелки между ВСУ и военными ЛДНР. Так есть обострение на линии разграничения или нет?

— Обострение в Донбассе сейчас есть, но оно напрямую не означает, что вот-вот сейчас рванет и начнется чье-либо наступление.

Какая сейчас ситуация на фронте? Мы можем отталкиваться от официальной статистики силовиков Донбасса. Если ЛНР сообщает о примерно 10 нарушений перемирия в сутки, то на территории ДНР речь идет о десятках таких нарушений — где-то в районе 45-55.

Если в ЛНР говорят, что за минувшие сутки были обстреляны 7 населенных пунктов, причем это был обстрел именно позиций вооруженных формирований республики (раненных и убитых, как сообщают, при этом нет), то в ДНР о своих раненных и убитых солдатах и офицерах молчат. Ничего официально не сообщают. Однако у нас, у российских журналистов, есть точные и подтвержденные сведения о людях, которые получили ранения в ходе недавних обстрелов Донецка.

Донецк обстреливают. Речь идет о микрорайоне Трудовские и Петровском районе. Это западная часть города. Там обстреливаются даже машины скорой помощи. Экипажи не всегда могут из-за этого подъехать для эвакуации раненных.
Больше скажу, звуки обстрелов уже опять слышны в центре Донецка. При этом ДНР не является инициатором артиллерийских ударов.

Я вчера виделся с мэром Горловки Иваном Приходько. Он, помимо своей должности, является еще и одним из офицеров артиллерийской бригады «Кальмиус». Так вот, Приходько мне сказал: «Саша, я могу ответить за свои слова: никакой стрельбы за последние сутки по украинским позициям с нашей стороны не было. Мы не выпустили ни одного снаряда».

Могу уверенно сказать, что стрельба сейчас есть, обострение на фронте есть, раненные и пострадавшие есть.

Перестрелки начинаются обычно с применения стрелкового оружия. Сначала противник стреляет, в ответ открывается огонь из автоматического оружия. Затем вступают в бой гранатометы, РПГ-7, танковые гранатометы, которые в простонародье называют «Сапог». Потом уже идут минометы. Далее подгоняются танки, и все это перерастает во взаимное забрасывание друг друга снарядами.

— Чем обычно вызваны подобные перестрелки? Обнаруживают ДРГ, по которой открывается огонь?

— Если вам нужны окопные тонкости, то могу сказать, что бывает по-разному. Например, вот, что часто делает украинская сторона. Она открывает стрелковый и минометный огонь, чтобы прикрыть шум перемещающейся техники на линии фронта. Под эту «музыку» и происходят маневры бронетехники — танков, БМП, систем залпового огня.

— Что еще?

— Случается и так называемый часовой обстрел. Раз в час военнослужащие, находящиеся на линии разграничения, открывают огонь из стрелкового оружия по противоположной стороне. Последняя может в ответ также начать стрельбу. Вот так и завязываются взаимные перестрелки, которые могут продолжиться, в том числе, и с применением тяжелого оружия. Хотя это и не всегда.

Есть в окопах и неадекватные люди. Они могут вызвать своей стрельбой обмен очередями из пулеметов. В общем, видны трассеры, мины летают, люди бегают, начался азарт… В итоге, убитые и раненные.

— Как вы считаете, Порошенко может пойти на эскалацию в Донбассе, чтобы, сославшись на нее, утихомирить своих противников в Киеве?

— Естественно, может. Ситуация в Киеве, попытки организовать там майдан-3, видимо, и вызвали сегодняшнее обострение в Донбассе. Это классика. Не сомневаюсь, что Петр Алексеевич изучал в Киевском университете научный коммунизм и прослушал курс по международному коммунистическому и рабочему движению. Так что, он в курсе, как делаются революции, как свергается старая и устанавливается новая власть. Знает, как всем подобным попыткам противодействовать.

Если я возьму на себя роль политолога, оставив в стороне привычную мне роль репортера, то могу предположить, что есть два варианта развития нынешних событий на Украине.

Первый— националисты, перестрелявшись с ВСУ, снимутся с фронта и двинут на Киев разбираться с Порошенко. Второй— будет сделана попытка максимально обострить ситуацию в Донбассе. И то, и другое повлечет за собой большую войну.

— Объясните, почему?

— Ну, снимутся националистические батальоны с позиций — фронт ослабнет. Как на все это ответят в ЛДНР? Скажу так: шахтеров будет не удержать. Подчеркиваю, не российские войска, которых нет в Донбассе, а именно шахтеров.

Александр Захарченко сразу даст команду идти вперед, забирать Краматорск, Славянск, Константиновку, Мариуполь. И люди пойдут. Они уже ждут такого приказа, сидя в окопах. Они хотят, чтобы им сказали: «Вперед!».

Позиции украинской армии хорошо укреплены, но если их «проколоть», то в этот прорыв уже пойдут люди. Сразу же подтянутся добровольцы из России. Маховик военного конфликта раскрутится моментально.

— А что сейчас в Донецке думают о том, что в Киеве может начаться новый майдан?

— Отвечу грубо, по-солдатски, да наплевать им всем и растереть. Все это вызывает не больший интерес, чем матч «Спартака» и «Зенита» в соседней России, либо игра «Шахтера» или какой-то другой команды на Украине. Плевать!

Все надеются: а) на Россию; б) на самих себя.

Или наоборот — сначала на самих себя, а потом на Россию. Киев никакие надежды Донецку и Луганску не давал. В отношении него у дончан и луганчан возникает одна лишь настороженность.

А вообще в Донецке многие люди злорадно говорят Киеву: хлебните то, что мы хлебнули. Лично я на таких позициях не стою. Я люблю Киев. Мой дед жил когда-то на Институтской, когда я служил в армии, сам четыре года провел в свое время на Украине. Мне очень близка эта земля, и я не хочу, чтобы там умирали. Но мне хочется, чтобы похмелье там наступило поскорее.

Print Friendly, PDF & Email

Рекомендуем: