В операциях российских военных не последнее место всегда занимает гуманитарная составляющая

Гуманное и великодушное отношение к мирному населению на территориях, где разворачиваются боевые действия, исстари было присуще российскому воинству. Еще в XVIII веке Александр Суворов, например, наставлял солдат: «Обывателя не обижай: он нас кормит и поит. Солдат – не разбойник». 23 октября (3 ноября) 1794 г. наш полководец требовал в приказе на штурм Праги (предместья Варшавы): «В дома не забегать, просящих пощады – щадить, безоружных не убивать, с бабами не воевать, малолетков не трогать».

Продолжая суворовские традиции, генерал-фельдмаршал М.И. Кутузов делал всё возможное, чтобы в ходе Заграничного похода, начатого в 1813 г., формировать в глазах Европы образ русского как солдата-освободителя – справедливого, гуманного, корректного. Так, при вступлении в Кёнигсберг он настаивал, чтобы входившие в столицу Восточной Пруссии войска «были признаваемы от жителей яко избавители, а отнюдь не завоеватели…»

Но самым ярким образом гуманитарная миссия наших ратоборцев проявилась, конечно же, в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 гг. при освобождении народов, стонавших под нацистским игом. Красная Армия не только освободила 113 млн жителей Восточной Европы, но и предприняла масштабное «гуманитарное наступление», внеся большой вклад в организацию послевоенной жизни и ликвидацию последствий войны в освобождаемых странах (обезвреживание неразорвавшихся снарядов и мин, ликвидация минных полей, восстановление экономики, снабжение населения продовольствием и т.д.). И как здесь не вспомнить Берлин 1945 года, в котором советские оккупационные власти с первых дней установили такие нормы снабжения продуктами немецкого населения из наших госрезервов, что они, по отзыву, например, германского бургомистра Боннака (район Лихтенберг) были «выше, чем даже при Гитлере»…

В то же время немецкое население, проживавшее в американской и английской оккупационных зонах, влачило откровенно голодное существование. Вследствие этого в Восточный Берлин только за лето 1945 года вернулось 800 тыс. немцев, ранее бежавших на запад с отступавшими германскими частями. Население столицы будущей ГДР сразу выросло, по докладу заместителя наркома внутренних дел СССР И.А. Серова, до 3 млн 100 тыс. человек.

В послевоенный период во всех четырех странах Европы, где были размещены группы советских войск (ГДР, ЧССР, ПНР и ВНР), в Монголии, где дислоцировалась одна из армий Забайкальского военного округа, а с 1979 г. в Афганистане, куда был введен т.н. «Ограниченный контингент», также прилагались немалые усилия для завоевания симпатий местного населения, в том числе за счёт оказания разнообразной помощи.

Но подлинный «бум» гуманитарных акций России пришёлся на постсоветский период. В МЧС, с момента его создания под руководством С.К. Шойгу, накоплен огромный опыт проведения гуманитарных операций.

В Таджикистане, охваченном в 90-е годы кровопролитным конфликтом, гуманитарные караваны, проводимые российскими спасателями до самых затерянных уголков Припамирья, во многом уберегли страну от распада.

В Южной Осетии в 1992 году экстренная помощь из России выручила множество жителей, голодавших и оставшихся без крова, когда республика была дотла разорена нашествием грузинских боевиков З. Гамсахурдиа.

Сергей Шойгу и его коллеги многое сделали для спасения мирных граждан Абхазии. Особенно памятным стал май 1993 г., когда колонна российского ГКЧС шла в осажденный грузинами г. Ткварчели, чтобы доставить продовольствие и лекарства для горожан, всю зиму испытывавших ужасы блокады.

В 1995 году в Боснии российские спасатели доставляли еду голодающим, вывозили пострадавших из боевых зон, вели разминирование и организовывали полицейскую службу.

И конечно, бойцы МЧС сыграли важную роль в двух чеченских кампаниях, особенно во второй. Именно за неё, после масштабных боевых действий, развернувшихся в августе-сентябре 1999 г. на чечено-дагестанских рубежах, за мужество и героизм, проявленные в экстремальных ситуациях, не раз возникавших в процессе оказания неотложной помощи попавшим в беду, С.К. Шойгу было присвоено звание Героя Российской Федерации.

Нынешнее включение сил и средств Минобороны в проведение масштабных гуманитарных акций было подготовлено всем предшествующим опытом такой работы по линии МЧС.

Но, надо подчеркнуть, важнейшей особенностью гуманитарных операций военного ведомства является то, что они осуществляются в зонах активных боевых действий, куда ныне не командируются спасатели МЧС.

Такова, прежде всего, гуманитарная миссия в Сирии, ведущей напряжённую борьбу с международным терроризмом. Надо сразу подчеркнуть, что проведение здесь крупных гуманитарных акций в принципе возможно только под защитой военных и в тесном взаимодействии с местными властями.

На первое место по важности надо, полагают эксперты, поставить эвакуацию мирного населения из зон боевых действий (сюда включают также организацию и обеспечение гуманитарных коридоров). Так, в 2016 году из восточных районов Алеппо, удерживавшихся бандформированиями, было эвакуировано около 180 тыс. жителей, в т.ч. 47 тыс. детей.

Другое актуальное направление гуманитарной деятельности МО РФ в Сирии – доставка жизненно важных грузов и распределение этой помощи среди местного населения.

Россия выделила на оказание помощи сирийцам, по данным Управления по координации гуманитарных вопросов ООН, за 2014 – 2016 гг. около 52 млн долларов. Для сравнения – богатые нефтяные монархии Персидского залива «презентовали» Сирии: Кувейт – 900 тыс., Саудовская Аравия – 700 тыс., ОАЭ – 750 тыс. долларов.

Доставка гумпомощи в Сирию осуществляется нашей страной регулярно и в больших объемах. Так, 18 апреля с.г. в Тартусе встали под разгрузку два грузовых судна из России – «Спарта» и «Спарта-2». Они привезли 10 тыс. тонн продуктов, в т. ч. мясные и рыбные консервы, растительное масло, рис, сахар, муку…

Цифры впечатляют: методом десантирования осажденным было доставлено 1869 тонн необходимых грузов!

Вообще, российскую помощь направляют в самые нуждающиеся районы, в лагеря беженцев и села, недавно освобожденные от террористов. Причем российские военные не только доставляют продовольствие жителям, но и помогают с разгрузкой контейнеров, а также обеспечивают сторожевое охранение пунктов выдачи гумпомощи. Отражая атаку террориста-смертника, пытавшегося в провинции Хомс взорвать пункт выдачи вместе с сгрудившимися рядом людьми, в июне 2016 г. погиб наш морской пехотинец Александр Тимошенков…

А на днях в московском Главном военном клиническом госпитале им. Бурденко скончался в результате множественных ранений командир бригады морской пехоты Северного флота полковник Валерий Федянин. 22 сентября с.г. он доставлял партию гуманитарной помощи в один из населенных пунктов провинции Хама. Под автомобилем, на котором следовал российский офицер, террористами из «Джабхат-ан-Нусры» (запрещена в РФ) был подорван фугас. Раненого срочно перевезли по воздуху в Москву, военные медики до последнего боролись за его жизнь, но спасти офицера не удалось…

Кстати, возмездие за это злодеяние последовало спустя две недели: российские военные с помощью эффективной разведки подстерегли момент, когда главари бандитской группировки соберутся на секретное совещание, и нанесли снайперский удар ракетами со штурмовиков.

Под охраной российских военных по Сирии проведено в общей сложности 98 гуманитарных конвоев ООН, доставлено 1678 тонн разнообразной помощи – продуктов питания, лекарств, предметов первой необходимости.

К слову, непримиримая оппозиция периодически пытается присвоить себе инициативу в этом важном деле. Так, 16 марта 2017 г. от имени т.н. «Свободной армии» Идлиба была проведена показательная акция с названием «Махшур-аль-Ахмед» (таково имя убитого боевика, объявленного террористами «мучеником за веру»). Из приехавшего в село грузовика на камеру вытащили несколько коробок, тут же неясно куда унесенных. Местным жителям из этой «гумпомощи» ничего не перепало – сами организаторы пропагандистского шоу позднее признали, что она предназначалась только семьям погибших и плененных боевиков.

В отличие от подобных «спасителей», российские военные помогают сирийцам бескорыстно и самоотверженно, не рисуясь перед объективами фото и видеокамер, а главное, не разделяя население на «своих» и «чужих».

Характерный пример такой помощи – деятельность наших военных медиков.

В Сирии активно работает медицинский отряд спецназначения ВС РФ, располагающий своим госпиталем (эта часть сначала комплектовалась врачами и медсестрами 697-го медотряда Восточного военного округа, дислоцированного в Хабаровске, затем подключились медики 301-го клинического госпиталя ВВО).

В центрах временного размещения развернут ряд модулей, в которых ведут приём различные специалисты – терапевты, хирурги, педиатры. Бок о бок с военными врачами работают медики МЧС, два ведомства объединили усилия, чтобы вместе принять как можно больше пациентов. Всего квалифицированную медицинскую помощь со стороны российских специалистов на конец лета 2017 года получили 17 356 сирийцев, из них почти 4 тыс. детей с ожогами, ранениями и инфекциями. Выполнено свыше 700 хирургических операций, из них почти 500 – сложных.

Но приёмом на месте дело не ограничивается. По указанию Главного военно-медицинского управления МО РФ дети, страдающие тяжелыми заболеваниями, из Сирии доставляются самолетами в Санкт-Петербург и госпитализируются в Военно-медицинскую академию им. С.М. Кирова.

Опыт и навыки работы с современным оборудованием российские медики передают сирийским коллегам. В апреле 2017 г. в Алеппо был проведен международный врачебный конгресс с участием российских и сирийских специалистов. На нем, в частности, компетентные эксперты отмечали большой вклад докторов российского отряда спецназначения. Работают они круглосуточно, и даже самые серьезные операции, несмотря на походные условия, проводят высокопрофессионально.

По поручению президента России сирийской стороне переданы в дар современные медицинские модули с отделениями диагностики, реанимации, интенсивной терапии.

Огромный вклад в возвращение Сирии к мирной жизни вносят и российские сапёры. Международный противоминный центр – специализированная воинская часть Инженерных войск ВС РФ – периодически включается в работу в освобождённых районах страны. Так, с конца марта по 21 апреля 2016 г. специалистами центра была полностью разминирована историческая часть г. Пальмиры. Было обезврежено около 18 тыс. взрывоопасных предметов, разминировано 825 га территории и 8,5 тыс. зданий.

Со 2 декабря 2016 по 21 февраля 2017 г. отряд российских саперов разминировал восточные районы Алеппо. Им очищено 2956 га, 945 км дорог, 4,5 тыс. сооружений (в т.ч. 90 школ, 25 поликлиник, четыре детских сада), обезврежено 36 тыс. взрывоопасных предметов, включая 20 тыс. самодельных взрывных устройств.

10 марта 2017 г. во вновь освобожденную после временного захвата боевиками Пальмиру снова прибыли российские сапёры… А ныне они разминируют освобожденные районы Дейр-эз-Зора.

Отряд в 170 солдат и офицеров – 10 расчетов минно-розыскной службы и 40 единиц инженерной спецтехники – «утюжит» улицы и дороги этого многострадального города и его пригороды, прочесывает каждое здание, подрывая на месте опасные боеприпасы. Работают они в хорошо защищающих от осколков новейших общевойсковых комплектах разминирования ОВР-2-02, а для дистанционного обнаружения и подрыва мин, фугасов и самодельных устройств используют многофункциональные робототехнические комплексы «Уран-6», ранее уже применявшиеся в Пальмире и Алеппо.

Уже за первые дни командировки в Дейр-эз-Зор наши саперы проверили более 10 км дорог, ряд зданий и более трех га территории, обнаружив и уничтожив свыше 1,5 тыс. взрывоопасных предметов. Сводный отряд очистил от мин два тоннеля, прокопанных террористами под трассой между Дейр-эз-Зором и ближайшим аэродромом. Найденной там взрывчатки с лихвой хватило бы на подрыв не только тоннелей, но и идущей сверху дороги, что отрезало бы наземное сообщение с городом.

Но работы ещё непочатый край. Только по предварительной оценке, в этом районе предстоит обследовать и очистить местность на площади не менее 1,5 тыс. га, а сколько зданий – пока и не счесть…

И не случайно министр обороны РФ генерал армии С. Шойгу в одном из публичных выступлений выражал надежду, что к решению проблемы очистки территории Сирии от громадного минного «наследия» международных террористов подключится, наконец, Служба разминирования ООН, как раз и созданная для подобных операций под флагом Объединённых Наций. Он также заявил о целесообразности образования особого фонда для финансирования специализированных коммерческих компаний, которые решат участвовать в противоминных работах на территориях, пострадавших в вооружённых конфликтах.

Еще одним направлением гуманитарной помощи является восстановление основных систем жизнеобеспечения (водо- и энергоснабжения), ключевых объектов социальной инфраструктуры.

В Сирии наши военные занимаются этим постоянно. К настоящему времени при их участии восстановлены 74 больницы, 127 школ. Полным ходом идет восстановление жилых домов в восточных районах Алеппо.

Большое значение для гуманитарных миссий имеет мост через Евфрат у Дейр-эз-Зора, законченный 26 сентября с.г. Российские специалисты навели эту переправу менее чем за двое суток, работая под непрерывным обстрелом из минометов и даже артиллерийских орудий боевиков…

Безусловным приоритетом деятельности МО РФ в Сирии постепенно становится уже не военная составляющая, а политическое урегулирование и планомерное возвращение к мирной жизни. Причем диалог, подчеркнем, организуется не только между враждующими сторонами внутри страны, но и в расширенном составе – с непременным участием оппозиции, находящейся за рубежом, представителей других стран и международных организаций, подключившихся к налаживанию мирного процесса.

Важными составляющими гуманитарной миссии в Сирии стали содействие в освобождении пленных, заложников и иных незаконно удерживаемых лиц, а также контроль за состоянием окружающей среды, особенно если учесть факты применения террористами химического оружия.

Работа по стабилизации обстановки в Сирии, налаживанию мирной жизни в районах, где недавно шла война, идет по нарастающей. Но к активным усилиям России, проводящей свою самую масштабную гуманитарную операцию (несмотря на все имеющиеся у нас внутренние и внешние экономические проблемы!), обязано подключиться всё мировое сообщество, чему призваны способствовать наши дипломатия и общественность.

Но гуманитарная помощь от богатых спонсоров – стран Евросоюза, США – большей частью попадает вовсе не в лагеря мирных эмигрантов, а силам антиправительственной оппозиции Сирии, в том числе экстремистским. Таким образом, гуманитарная поддержка Запада имеет четкую политическую подоплёку и обслуживает интересы тех самых стран, которые, в сущности, сами ответственны за дестабилизацию ближневосточного региона.

Нашу гуманитарную миссию в Сирии западные пропагандисты сегодня пытаются всячески оболгать. Они выдумывают фантастические атаки русских лётчиков на гуманитарные конвои, приписывают им удары по школам и больницам, измышляют и вбрасывают другие изощрённые фейки. Но правду всё равно не скрыть. А состоит она в том, что Россия последовательно идет выверенным курсом на обеспечение мира и безопасности в Сирии и во всём ближневосточном регионе, на деле становится подлинной надеждой для народов и стран, не доверяющих США и их агрессивной политике, упорно борется за создание такого мирового порядка, который покоился бы на праве, а не на силе. И гуманитарные операции в контексте решения этой важной и сложной задачи становятся необходимым инструментом.

Print Friendly, PDF & Email

Рекомендуем: